Вт, 26.10.2021Приветствую Вас, Гость! | RSS

Илья Муромец и Калин-Царь

Как Владимир-князь стольне-киевский
На богатыря поразгневался –
Засадил его он во погреб-то,
Ведь во погреб-то во холодныий,
Во холодныий, во глубокиий,
Что богатыря Илью Муромца.
Воспылал-то тут да ведь Калин-царь –
Разорить хотит стольный Киев-град, -
В стольный Киев-град шлёт послание:
“Ты, Владимир-князь стольне-киевский,
Приочисти-тко свои улицы,
Приочисти-ка переулочки
Да дворы свои княженецкие;
Бочки станови – бочка о бочку,
Бочки станови – близко-поблизку,
Сладких ведь хмельных тех напиточков,
Чтобы у чего было мне стоять
С войском ведь своим со великиим
В твоём городе стольне-Киеве”.
Тут Владимир-князь стал похаживать,
Стал по горенке всё похаживать –
С ясных очушек слёзы капают,
Слёзы капают ведь горючие.
Говорил-от князь да княгинюшке:
”Некому стоять за Отечество
Да за церкви-то, церкви божии,
Некому стоять да за князя-то,
Что за князя-то со княгинею”.
Тут Владимир-князь стольне-киевский
Брал скорёшенько, брал златы ключи
Да во погреб шёл во холодныий,
Во холодный-то, во глубокиий.
Выводил Илью сам Владимир-князь,
Сам Владимир-князь красно солнышко.
Тут он вёл Илью во палатушку,
Во палатушку белокаменну.
Он садил Илью что подли себя;
Яствушкой кормил да всё сахарной,
Питьицом поил да медвяныим;
Говорил Илье таковы слова:
”Киев-град-то наш в полоне стоит.
Окружил его нонь ведь Калин-царь
Своим войском ведь да великиим.
Ты ж постой, Илья, Илья Муромец,
А постой-ка ты за Отечество,
Что за церкви-то, церкви божии,
Да за князя-то со княгинюшкой”.
Выходил Илья из палаты вон
Да из той же всё белокаменной.
Выезжал Илья во чисто поле
Посмотреть на ту силу сильную,
Силу сильную ведь татарскую.
Видит он, Илья, во чистом поле
Силы нагнано много-множество,
Что от покрика человечьего
Сердце мрёт-то тут человеческо;
Тут повыскочил Илья Муромец,
Он повыскочил да ведь на гору.
Посмотрел с горы на все стороны –
На все стороны конца-края нет,
Конца-края нет силе-силище.
Доезжал Илья по чисту полю,
По чисту полю ко белым шатрам.
Как сходил Илья со добра коня
Да й входил Илья что во бел шатёр,
Что во бел шатёр да полотняный.
А в шатре ведь в том всё богатыри,
Всё богатыри святорусские.
Говорил Илья таковы слова:
“Хлеб да соль-то вам, всё богатыри,
Всё богатыри святорусские.
Ай да крёстный ты да мой батюшка
Как Самсон-то мой ведь Самойлович,
Да й садитесь вы на добрых коней,
На добрых коней, богатырскиих.
Поезжайте-ка во раздольице,
Во раздольице, во чисто поле.
Как в раздольице-от под Киевом
Ведь под Киевом стоит Калин-царь,
Стоит Калин-царь – сила-сильная:
Не видать конца да и края же.
Вы постойте-ка за Отечество,
Что за славный-то стольный Киев-град,
Ведь за церкви-то, церкви божии,
Да й за князя-то со княгинею”.
Говорит Илье крёстный батюшка:
“А у князя-то у Владимира
Есте много их ведь князей-бояр.
Он Владимир-князь кормит их, поит,
Кормит их, поит, нас не жалует, -
А нам нет того да от князя же”.
Говорит Илья таковы слова:
“Ай же мой ты ведь крёстный батюшка,
Дело-то для нас – нехорошее:
Разорит ведь царь стольный Киев-град –
Дак он всю чернедь, всю повырубит”.
Говорит ему крёстный батюшка:
“А у князя-то у Владимира
Есте много их ведь князей-бояр.
Он Владимир-князь кормит их, поит,
Кормит их, поит, нас не жалует, -
А нам нет того да от князя же”.
Старый-от казак Илья Муромец
Дело видит он да не по люби.
Выходил-то он со бела шатра,
Подходил к коню богатырскому,
Поводы он брал да шелковые,
Да садился он на добра коня,
На добра коня богатырского.
Выезжал казак во чисто поле,
Выезжал казак Илья Муромец.
Не ясён сокол напускается
На гусей-то он да на лебедей,
Напускается ведь богатырь-то,
Что богатырь-то святорусскиий,
Святорусскиий Илья Муромец
Что на силушку, на великую,
На великую, на татарскую.
Он спустил коня богатырского.
Бить он стал казак Илья Муромец,
Стал он бить, рубить тую силушку,
Будто траву-то косит силушку,
А ведь силы той да не менеет.
Тут как был казак Илья Муромец
Он просел с конём да в подкопы-то,
Что в подкопы-то во глубокие.
Да как падал он стар казак Илья
Да ведь падал он со добра коня,
Со добра коня богатырского.
Да й татары тут ведь поганые
Захватить хотят что добра коня,
Что добра коня богатырского.
А ведь конь-то-от богатырскиий
Не сдался-то им во белы руки –
Убежал ведь конь во чисто поле,
Во чисто поле что раздольице.
А татары-то ведь поганые
Ай Илюшеньке ведь сковали-то,
Ведь сковали-то ножки резвые
Да й связали-то ручки белые.
Тут кричат они таковы слова:
“Отрубить ему буйну голову”.
А ины кричат таковы слова:
«Да й свезём его к царю Калину, -
Что он хочет с ним, то и сделает”.
Повели Илью по чисту полю
Ведь ко тем шатрам ко полотняным.
Привели его к своему царю,
К своему царю, царю Калину.
Он тут Калин-царь говорит Илье:
“Ты щенок ещё – да хотел один
Побить силушку что великую”.
“Расковать Илье ножки резвые,
Развязать Илье ручки белые”.
Расковали-то ножки резвые,
Развязали-то ручки белые.
Калин-царь сказал таковы слова:
“Старый ты казак Илья муромец,
Ты садись со мной за единый стол,
Ешь-ка ествушку мою сахарну,
Пей-ка питьица да медвяныи,
Ты держи мою золоту казну,
Золоту казну да по надобью.
Не служи-ка ты стольно-Киеву,
Не служи-ка ты да Владимиру,
А служи-тка ты царю Калину”.
Видит стар казак: нет доспехов-то –
Нечем ведь ему да противиться.
Старый-от казак Илья Муромец
Дело видит он да немилое.
Он татарина схватил за ноги
Да й татарином стал помахивать –
Ведь он бил татар да татарином.
Тут татары-то стали бегати,
Что ведь бегати на все стороны.
Вышел стар казак во чисто поле.
Во чистом поле он зовёт коня.
Как бежит ведь конь – мать-земля дрожит.
Ещё стар казак Илья Муромец
Тут садился он на добра коня,
Да как брал-то он лук разрывчатый,
Да пускал стрелу ведь калёную,
Ведь калёную да во бел шатёр,
Что во бел шатёр да ко крёстному.
Говорил Илья таковы слова:
“Ты лети, стрела, да во бел шатёр,
Сыми крышу-то со бела шатра,
На белых грудях крёстна батюшки
Сделай ты, стрела, сделай цапинку.
Он и спит-то там, прохлаждается,
А мне здесь-то ведь мало можется”.
Да й просвистнула калена стрела
Что во славный тот да во бел шатёр.
Стрелка падала на белы груди
Ильи Муромца крёстна батюшки –
Да оставила малу цапинку.
Говорил Самсон таковы слова:
“Вы богатыри святорусские,
Вы седлайте-ка добрыих коней.
Мне от крёстничка от любимого
Ведь подарочки – нелюбимые.
Как не крест-то-от на белых грудях –
Тут сложить бы мне буйну голову”.
От богатыри святорусские
Тут садилися на добрых коней,
На добрых коней богатырскиих
Да поехали по чисту полю
Что ко городу стольне-Киеву.
Да и приехали к силе сильноей,
Силе сильноей всё татарскоей.
Стали бить-рушить тую силушку,
Притоптали всю ведь поганую.
Тут богатыри святорусские
Говорят они царю Калину:
“А срубить тебе буйну голову?”
Говорит казак Илья Муромец:
“А зачем рубить ему голову –
Мы свезём его в стольный Киев-град
Что ко князю-то ко Владимиру”.
Привезли они царя Калина
Что во славный-то стольный Киев-град
Ведь ко князю-то ко Владимиру.
Тут Владимир-князь стольне-киевский
Брал-то он царя за белы руки
Да садил его всё за столики,
Всё за столики за дубовые.
Он кормил его да поил его,
Он поил его – царя Калина.
Говорил же он Калин-царь слова:
“Ай же ты же князь стольне-киевский,
Не руби ты мне буйну голову.
Впредь не буду я воевати-то.
Договоры мы да подпишем так:
Буду я платить дани вечные”.
Тихо, скучно у князя в горнице.
Не с кем князю совет держать, не с кем пир пировать, на охоту ездить...
Ни один богатырь в Киев не заглядывает. А Илья сидит в глубоком погребе. На замки заперты решётки железные, завалены решётки дубьём, корневищами, засыпаны для крепости жёлтым песком. Не пробраться к Илье даже мышке серенькой.
Тут бы старому и смерть пришла, да была у князя дочка-умница. Знает она, что Илья Муромец мог бы от врагов защи­тить Киев-град, мог бы постоять за русских людей, уберечь от горя и матушку и князя Владимира.
Вот она гнева княжеского не побоялась, взяла ключи у матушки, приказала верным своим служаночкам подкопать к погребу подкопы тайные и стала носить Илье Муромцу кушанья и мёды сладкие.
Сидит Илья в погребе жив-здоров, а Владимир думает — его давно на свете нет.

Сидит раз князь в горнице, горькую думу думает. Вдруг слышит — по дороге скачет кто-то, копыта бьют, будто гром гремит. Повалились ворота тесовые, задрожала вся горница, половицы в сенях подпрыгнули. Сорвались двери с петель кованых, и вошёл в горницу татарин — посол от самого царя татарского Калина.
Сам гонец ростом со старый дуб, голова — как пивной котёл.
Подаёт гонец князю грамоту, а в той грамоте писано:
«Я, царь Калин, татарами правил, татар мне мало, — я Русь захотел. Ты сдавайся мне, князь киевский, не то всю Русь я огнём сожгу, конями потопчу, запрягу в телеги мужи­ков, порублю детей и стариков, тебя, князь, заставлю коней стеречь, княгиню — на кухне лепёшки печь».
Тут Владимир-князь разохался, расплакался, пошёл к княгине Апраксин:                                               — Что мы будем делать, княгинюшка?! Рассердил я всех богатырей, и теперь нас защитить некому. Верного Илью Муромца заморил я глупой смертью, голодной. И теперь при­дётся нам бежать из Киева.
Говорит князю его молодая дочь:
— Пошли, батюшка, поглядеть на Илью, может, он ещё живой в погребе сидит.
— Эх ты, дурочка неразумная! Если снимешь с плеч голову, разве прирастёт она? Может ли Илья три года без пищи сидеть? Давно уже его косточки в прах рассыпались...
А она одно твердит:
— Пошли слуг поглядеть на Илью.
Послал князь раскопать погреба глубокие, открыть ре­шётки чугунные.
Открыли слуги погреба, а там Илья живой сидит, перед ним свеча горит. Увидали его слуги, к князю бросились.
Князь с княгиней спустились в погреба. Кланяется князь Илье до сырой земли:
— Помоги, Илюшенька, обложила татарская рать Киев с пригородами. Выходи, Илья, из погреба, постой за меня.
— Я три года по твоему указу в погребах просидел, не хочу я за тебя стоять!
Поклонилась ему княгинюшка:
— За меня постой, Илья Иванович!
— Для тебя я из погреба не выйду вон.
Что тут делать? Князь молчит, княгиня плачет, а Илья на них глядеть не хочет.
Вышла тут молодая княжеская дочь, поклонилась Илье Муромцу:
— Не для князя, не для княгини, не для меня, молодой, а для бедных вдов, для малых детей выходи, Илья Иванович, из погреба, ты постой за русских людей, за родную Русь!
Встал тут Илья, расправил богатырские плечи, вышел из погреба, сел на Бурушку-Косматушку, поскакал в татарский стан. Ехал-ехал, до татарского войска доехал.
Взглянул Илья Муромец, головой покачал: в чистом поле войска татарского видимо-невидимо, серой птице вокруг в день не облететь, быстрому коню в неделю не объехать.
Среди войска татарского стоит золотой шатёр. В том шатре сидит Калин-царь. Сам царь — как столетний дуб, ноги — брёвна кленовые, руки — грабли еловые, голова — как медный котёл, один ус золотой, другой серебряный.
Увидал царь Илью Муромца, стал смеяться, бородой трясти:
— Налетел щенок на больших собак! Где тебе со мной справиться, я тебя на ладонь посажу, другой хлопну, только мокрое место останется! Ты откуда такой выскочил, что на Калина-царя тявкаешь?
Говорит ему Илья Муромец:
— Раньше времени ты, Калин-царь, хвастаешь! Не велик я богатырь, старый казак Илья Муромец, а пожалуй, и я не боюсь тебя!
Услыхав это, Калин-царь вскочил на ноги:
— Слухом о тебе земля полнится. Коли ты тот славный богатырь Илья Муромец, так садись со мной за дубовый стол, ешь мои кушанья сладкие, пей мои вина заморские, не служи только князю русскому, служи мне, царю татарскому.
Рассердился тут Илья Муромец:
— Не бывало на Руси изменников! Я не пировать с то­бой пришёл, а с Руси тебя гнать долой!
Снова начал его царь уговаривать:
— Славный русский богатырь, Илья Муромец, есть у ме­ня две дочки, у них косы как воронье крыло, у них глазки словно щёлочки, платье шито яхонтом да жемчугом. Я любую за тебя замуж отдам, будешь ты мне любимым зятюшкой.
Ещё пуще рассердился Илья Муромец:
— Ах ты, чучело заморское! Испугался духа русского! Выходи скорее на смертный бой, выну я свой богатырский меч, на твоей шее посватаюсь.
Тут взъярился и Калин-царь. Вскочил на ноги кленовые, кривым мечом помахивает, громким голосом покрикивает:
— Я тебя, деревенщина, мечом порублю, копьём поколю, из твоих костей похлёбку сварю!
Стал у них тут великий бой. Они мечами рубятся — только искры из-под мечей брызгают. Изломали мечи и бро­сили. Они копьями колются — только ветер шумит да гром гремит. Изломали копья и бросили. Стали биться они руками голыми. Калин-царь Илюшеньку бьёт и гнёт, белые руки его ломает, резвые ноги его подгибает. Бросил царь Илью на сырой песок, сел ему на грудь, вынул острый нож.
— Распорю я тебе грудь могучую, посмотрю в твоё серд­це русское.
Говорит ему Илья Муромец:
— В русском сердце прямая честь да любовь к Руси-матушке.
Калин-царь ножом грозит, издевается:
— А и впрямь невелик ты богатырь, Илья Муромец, вер­но, мало хлеба кушаешь.
— А я съем калач, да и сыт с того.
Рассмеялся татарский царь:
— А я ем три печи калачей, в щах съедаю быка целого.
— Ничего, — говорит Илюшенька. — Была у моего ба­тюшки корова-обжорище, она много ела-пила, да и лопнула.
Говорит Илья, а сам тесней к русской земле прижимается. От русской земли к нему сила идёт, по жилушкам Ильи пере­катывается, крепит ему руки богатырские.
Замахнулся на него ножом Калин-царь, а Илюшенька как двинется... Слетел с него Калин-царь словно пёрышко.
— Мне, — Илья кричит, — от русской земли силы втрое прибыло!
Да как схватит он Калина-царя за ноги кленовые, стал кругом татарином помахивать, бить-крушить им войско татар­ское. Где махнёт — там станет улица, отмахнётся — пере­улочек! Бьёт-крушит Илья, приговаривает:
— Это вам за малых детушек! Это вам за кровь крестьян­скую! За обиды злые, за поля пустые, за грабёж лихой, за раз­бой, за всю землю русскую!
Тут татары на убег пошли. Через поле бегут, громким голосом кричат:
— Ай, не приведись нам видеть русских людей, не встре­чать бы больше русских богатырей!
Полно с тех пор на Русь ходить!
Бросил Илья Калина-царя, словно ветошку негодную, в золотой шатёр зашёл, налил чару крепкого вина, не малую чару, в полтора ведра. Выпил он чару за единый дух. Выпил он за Русь-матушку, за её поля широкие крестьянские, за её города торговые, за леса зелёные, за моря синие, за лебедей на заводях!
Слава, слава родной Руси! Не скакать врагам по нашей земле, не топтать их коням землю русскую, не затмить им солнце наше красное!
                                                                                    Как Илья из Мурома богатырем стал


Источник: https://www soika.pro/dok/bylinnye bogatyri rusi velikoi/rus samobjitnaja/
Категория: Былинные богатыри Руси великой | Добавил: сойка-soika (20.08.2021) | Автор: Сойка-Soika W
Просмотров: 14 | Теги: Илья Муромец и Калин-Царь | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar