Упырь Игоши Амбарник Шишига

Упы́рь (от праслав. *ǫpirь, ст.‑слав. ѫпырь), также вурдалак, вампир,

кровосос — общеславянский мифологический персонаж, заложный покойник, встающий по ночам из могилы; он вредит людям и скоту, пьёт их кровь, наносит ущерб хозяйству.
«Вы их, Бог знает почему, называете вампирами, но я могу вас уверить, что им настоящее русское название: упырь; а так как они происхождения чисто славянского, хотя встречаются во всей Европе и даже в Азии, то и неосновательно придерживаться имени, исковерканного венгерскими монахами, которые вздумали было всё переворачивать на латинский лад и из упыря сделали вампира. Вампир, вампир — это всё равно что если бы мы, русские, говорили вместо привидения — фантом или ревенантe» А. К. Толстой, «Упырь»
Наиболее сильно вера в упырей была распространена на территории Южной Руси (современная Украина). Считалось, что они могут вызвать голод, мор, засуху. Упырь приблизительно соответствует вампиру в западноевропейской мифологии и имеет много общего с вурдалаком в восточнославянской традиции, однако в XIX веке эти персонажи чётко различались.
Упырь — мифологический персонаж загробного мира у многих народов, в том числе и у коми.
У народов коми было принято считать, что упырями становятся те, кто вредил людям ещё при жизни. К таковым можно было отнести колдунов, пьяниц, разгульных женщин.
Также упырями становились покойники, которых отпели не по правилам. Их нужно было отпеть дважды и, чтобы они не могли выбраться из могилы, им связывали руки.
В случае несоблюдения этого обряда упырь, изо рта которого вырывалось пламя, ночью выбирался из могилы.
Неотпетого упыря, однако, нелегко было отличить от живых людей. Особенно его привлекали шумные гулянья в деревне, где он смешивался с обитателями мира живых. Там он примечал пьяных, у которых позже высасывал кровь. Пьяные люди от этого укуса становились больными. Чтобы их вылечить, требовалось раскопать упыря из могилы и забрать у него высосанную кровь, смешать её с женским молоком и дать получившийся напиток больному во время парилки в бане.
Коми-зыряне верили, что упыри проникают в мир живых в самые тёмные сутки года, во время зимнего солнцеворота. Особенно опасны те, которых похоронили не по правилам. Они могут явиться в образе маленьких чёрных человечков и утащить живых в леса и в воду.
Вера в упырей связана с представлениями о существовании двух видов покойников: тех, чья душа после смерти нашла успокоение на «том свете», и тех, кто продолжает своё посмертное существование на границе двух миров.
Считалось, что упырями становятся люди, бывшие при жизни оборотнями, колдунами или же те, кто был отлучён от церкви и предан анафеме (еретик, богоотступник, некоторые преступники, например маньяки), некрещённые дети. Также упырём мог стать погибший насильственной смертью, совершивший самоубийство, подвергшийся нападению упыря, тот, чьё тело осквернило животное.
Согласно поверью, ночью упыри встают из своих могил и ходят по земле, благодаря своему человекоподобному виду легко проникают в дома и сосут кровь у спящих людей, затем, до крика третьих петухов, возвращаются в свои могилы. Убить упыря, по поверью, можно было, проткнув его труп осиновым колом. Если и это не помогало, то труп обычно сжигали. Считалось, что упыри вызывают моровые поветрия, неурожаи, засухи. Иван Франко в этнографической заметке «Сожжение упырей в Нагуевичах» описывает, как в 1830-х годах на родине Франко, в селении Нагуевичи, протаскивали через костёр живых людей, заподозрив в них упырей.
Характерная особенность упыря — его необычайно красное лицо (о.-слав.) и глаза (укр., болг.). Краснота сохраняется и после смерти от выпитой крови.
В литературе
Пролог «Упырь» (1823 г.; на русском языке вышел в 1861 и 1865 годах) в поэме Адама Мицкевича «Дзяды» (1823—1860).
Понятие «Упырь» есть и у братьев Стругацких в «Понедельник начинается в субботу», в кратком послесловие и комментариях и. о. заведующего вычислительной лабораторией НИИЧАВО младшего научного сотрудника А. И. Привалова: «Кровососущий мертвец народных сказок. Не бывает. В действительности упыри (вурдалаки, вампиры) — это маги, вставшие по тем или иным причинам на путь абстрактного зла. Исконное средство против них — осиновый кол и пули, отлитые из самородного серебра. В тексте слово „упырь“ употребляется везде в переносном смысле».
Другие значения
В переносном значении упырь — злой, упрямый и строптивый человек. Зафиксировано бытование неканонического имени Упырь — в частности, новгородский священник XI века Упырь Лихой (др.-рус. Оупирь Лихыи), хотя некоторые историки считают это имя транслитерацией шведского имени Эпир.


Иго́ша (ичетик) — в восточнославянской мифологии мелкий демон, душа некрёщеного или мертворождённого ребёнка. Он проказит, если его не признают за домового.
Дети с момента рождения до крещения или умершие «без креста» считаются нечистыми, у них нет имени, подлинной души, а только «пара», как у животных, также нет пола. Мертворождённые дети, загубленные матерями или умершие нескольких дней от роду относились к числу опасных покойников, поскольку они не находили успокоения в загробном мире.
Согласно Владимиру Далю,
Игоша — поверье, еще менее общее и притом весьма близкое к кикиморам: уродец, без рук без ног, родился и умер некрещеным; он, под названием игоши, проживает то тут, то там и проказит, как кикиморы и домовые, особенно, если кто не хочет признать его, невидимку, за домовика, не кладет ему за столом ложки и ломтя, не выкинет ему из окна шапки или рукавиц и проч.
По мнению фольклориста Е. Е. Левкиевской, в дохристианский период смерть таких детей считалась «неправильной», «нечистой», как, к примеру, смерть самоубийц, поскольку они не успели прожить предназначенного им срока. После христианизации важным стало то, что они не дожили до крещения, поэтому их души получат христианского спасения, а навсегда останутся во власти нечистой силы и сами станут демонами. На Руси такие дети называются игоши, ичетики, на Украине — потерчата (предположительно, от потерять) или страччуки (от укр. стратити — «утратить»). На Руси и в Белоруссии считалось, что после смерти они становятся кикиморами, на Украине — мавками.
Дети, умершие некрещёными, ещё в начале XX века не хоронились на общем кладбище по христианскому обряду, поскольку это считалось грехом. По этой причине в способах их захоронения сохранялись многие языческие черты. Их хоронили под полом дома (живые и мертвые члены семьи остаются всегда должны быть вместе, в общем родовом пространстве), под деревьями (деревья дают пристанище душам умерших, и способны стать воплощением души), как и других заложных покойников, на перекрёстках дорог и в болотах. Существовали представления, что не нашедшие покоя души детей витают близ своих могил или просто носятся в воздухе, принимая вид вихря или птиц, и жалобно кричат, прося крестить их. Чаще всего их крики слышны перед грозой, бурей или иной непогодой. Услышавший их мольбы должен снять с себя какую-либо часть одежды или оторвать рукав или кусок подола, бросить в том направлении, откуда слышится крик, перекрестить его и сказать: «Если ты пан, то будь Иван, а если ты панна, то будь Анна», совершая таким образом крещение неприкаянной души, которая затем будет принята в блаженное место, где обитают безгрешные души крещёных детей.
В случае, если душа некрещёного ребёнка не будет крещена таким способом, она навечно переходит во власть дьявола и сама превращается в нечистую силу. Такие души опасны для живых, в особенности для матерей с маленькими детьми. Если женщина выйдет на крик витающей в воздухе души некрещёного младенца, она может заболеть и даже умереть. Особенно эти демоны проявляют себя во время Святок, когда их отпускают из ада погулять. Они посещают дома, где не перекрещивают дверей и сундуков с одеждой, и берут себе всё, что понравится.
В ряде местностей считалось, что в зависимости от того, как погибли дети, они становятся разными демонами. Так, на Русском Севере считалось, что загубленные матерями младенцы превращаются в ичеток — маленьких мохнатых человечков, склонных селиться в омутах и на мельницах и предвещающих несчастье, производя звук наподобие хлопанья по воде бичом. Дети, просто не дожившие до крещения, становятся игошами — безрукими и безногими уродцами, которые ночами проказничают в домах. «Выкрестить» некрещёного младенца и ввести его в царствие небесное или хотя бы облегчить его участь можно на Троицкой неделе или в Семик, когда по традиции поминаются все умершие до крещения и мертворожденные дети. Для этого женщине, у которой были такие дети, следовало купить двенадцать крестиков (по числу апостолов) и раздать их чужим детям. Тогда апостолы помолятся, и двенадцать детских душ будет спасены. Накануне Троицы красили яйца в красный и жёлтый цвета, которые затем раздавали детям в поминовение некрещёных душ, а также угощали соседских детей варениками, пампушками и другими лакомствами. Для той же цели у перекрёстков дорог оставляли сотовый мёд, ожидая, что ночью души придут полакомиться и утром на песке можно будет увидеть их следы.
В 1833 году русский писатель Владимир Одоевский в рамках цикла «Пёстрые сказки» издал рассказ «Игоша» о встречах ребёнка с этим существом. Переиздавая эту сказку в Собрании сочинений (1844) он включил рассказ в раздел «Опыты рассказа о древних и новых преданиях». Эта редакция отличается от текста, изданного в 1833 году стилистической правкой, также к ней дописано окончание. Автор изменил время действия из прошедшего в давнопрошедшее, демонстрируя отношение взрослого к своим детским грёзам и видениям.


Амбарник, амбарный или анбарный — персонаж славянской мифологии, хранитель амбаров и иных построек для зернопродуктов; представлял из себя некую специализацию домового или домашнего духа.
По народным поверьям в круг обязанностей амбарника входило поддержание в амбаре чистоты и забота о сохранности зерна в нём. Однако, эти функции им выполнялись только при условии проявления уважения со стороны человека — владельца амбара, который сам должен был не отлынивать от работы. Если же человек не проявлял должного почтения к амбарнику, то тот начинал создавать хозяевам мелкие проблемы: ломать хранящуюся в амбаре утварь, рассыпать муку, портить и раскидывать зерно. Во-многих местах молва приписывала амбарнику очень недобрые качества, делая его подобным злобному баннику, кое-где люди верили, что амбарник мог нанести серьёзный вред человеку, зашедшему в амбар в неурочное время, и даже умертвить его.
Имеющийся объём сведений о нём скуп, противоречив, отрывочен и расплывчат, по-видимому, из-за его схожести с классическими представлениями об аналогичных существах, несущих ответственность за хозяйство в целом (домовом или дворовом). Тем не менее, сохранились сведения, что при выполнении некоторых ритуальных действий (например — гаданий) амбарник мог выступать в качестве посредника между гадающим человеком и сверхъестественными сущностями.


Ба́нник (рус. баенник, баинник, байнушко, банный, байник; белор. лазеннік, лазнік) — демонологический персонаж в поверьях восточных славян, особый род домовых, недобрый дух. Обитает в бане; обычно невидим, иногда принимает вид голого старика, покрытого грязью и листьями от веника, или человека с длинными волосами, а также превращается в вепря, собаку, кошку, лягушку, в белого зайца. Живёт за каменкой или под полком. Любит попариться после нескольких смен людей в бане и моется исключительно грязной (нечистой) водой, стёкшей с человеческих тел. Считается, что банник парится после полуночи, и в это время находиться в бане нельзя.
Народные представления
Информация должна быть проверяема, иначе она может быть удалена. Вы можете отредактировать статью, добавив ссылки на авторитетные источники. Эта отметка установлена 26 ноября 2015 года.
Банника винят во всех неудачах в бане. Любимое занятие банника — обжигать людей кипятком, кидаться камнями в печи-каменке, а также стучать в стену, пугая парящихся. Банник вредит очень сильно (обдирает кожу или запаривает до смерти) только тем, кто нарушает запреты.
Чтобы задобрить Банника, ему оставляют кусок ржаного хлеба с большим количеством крупной соли, а также обязательно оставлять в кадушке немного воды и рядом кусок мыла. Чтобы Банник не вредил совсем, берут чёрную курицу и, не ощипывая её перьев, душат и закапывают под порогом бани, стараясь подгадать время под Чистый четверг.
Банника в женском обличье называют банниха, байница, баенная матушка, обдериха. Обдериха — лохматая, страшная старуха. Может также показываться голой или в виде кошки. Живёт под полоком.
Другой вариант женщины-банника — Шишига. Это демоническое существо, которое прикидывается знакомой, а заманив в баню попариться, может запарить до смерти. Шишига показывается тем, кто идёт в баню с плохими намерениями, без молитвы.
Банник участвует в святочных гаданиях. В полночь девушки подходят к открытым дверям бани, задрав юбку. Если банник коснётся мохнатой рукой — у девушки будет богатый жених, если голой — бедный, а если мокрой — пьяница.
Любая нечисть очень боится железа, и банник не исключение.


Шиши́га, шишо́к (муж. шиш, шишиган, шишимора-кикимора) — в мифологии русских крестьян нечистая сила, живущая за печкой, в лесу (лешачиха, леший) и на болоте (болотник), в бане (банник), в овине (овинный домовой); бес.
В ивановских говорах шишигой называют разных «представителей» нечистой силы, а также знающихся с нечистой силой; в переносном смысле — несобранного, нерасторопного, медлительного человека.
С волосами «шишом», то есть зачёсанными кверху, изображались бесы на древнерусских иконах. В русских говорах чёрта называли шиш, шишко.
Этнограф Иосаф Железнов, опираясь на уральские предания, приводил пример того, что атаман Ермак Тимофеевич считался у казаков «полезным колдуном» и «имел в послушании у себя малую толику шишигов (чертей). Где рати не доставало, там он и выставлял их».
В белорусских поверьях ше́шками назывались отдельные бестолковые вольные нечистики (нечистые духи), не связанные с кикиморой и другими.
По преданиям обрусевших коми-зюздинцев Верхней Камы, шишига подобна русалке и сидит на берегу озера, расчёсывая свои волосы гребнем и заплетая их в косы:
Один рыбак Зюздино-Воскресенского прихода, выйдя однажды на известное всем «чертово озеро» порыбачить, увидел «шишигу», которая сидела на кочке и заплетала свои волосы в косы. «Шишига», заметив мужика и испугавшись его, нырнула в воду, а гребень, которым чесала свои волосы, оставила на кочке. Рыбак подплыл к кочке на лодке, взял гребень, оставленный «шишигою» и принес его к себе в избу. В тот же день, лишь только смеркалось и все семейство рыбака улеглось спать, послышалось постукивание в дверь и голос «шишиги», жалобно умолявшей рыбака вернуть ей гребень. Рыбак отворил окно и выбросил гребень. Схватила его проворно «шишига» и исчезла.— А. Н. Шатров, учитель Зюздинской церковно-приходской школы (1891)
По преданию, красную шапку-невидимку банника, которую он оставляет сушится на каменке, ровно в полночь можно украсть. После кражи нужно сразу бежать в церковь, но если не успеть добежать, то банник догонит и убьёт.


 

Источник: https://www soika.pro/dok/veroispovedanie /rus samobjitnaja/
Категория: Духи места | Добавил: сойка-soika (15.03.2022) | Автор: Сойка-Soika W
Просмотров: 23 | Теги: Упырь Игоши Амбарник Шишига | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar