Сб, 23.10.2021Приветствую Вас, Гость! | RSS

Епископство Рижское обосновалось в Риге в 1201 году; с 1255 года — архиепископство;

Епископство Дорпат (Дерптское) (н.-нем. Bisdom Dorpat) основал в 1224 году тот же Альбрехт — сразу после того, как орден меченосцев захватил основанный русскими город Юрьев, который немцы немедленно переименовали в Дерпт (Дорпат).

Епископство Эзель-Вик (нем. Bistum Ösel-Wiek, с 1559 года княжество-епископство) Альберт основал 1 октября 1228 года (крестоносцы взяли этот остров в 1227 году).

Епископство Курляндское (нем. Bistum Kurland) основано в 1234 году.

В 1207—1208 Альбрехт ликвидирует Кукейносское, а в 1215—19 Ерсикское княжество.

Ганзейский союз ок. 1400 года.

Все перечисленные выше четыре епископства вошли в созданную в 1435 году Ливонскую конфедерацию — межгосударственное образование, в котором при главенстве Ливонского ордена епископы обладали территориальным суверенитетом и всей полнотой власти в пределах своих владений.

Военная кампания 1500 года.

В XIV веке удалось сдержать натиск Ливонского ордена на Изборск. Однако после разгрома непокорных новгородцев в 1471 году Иваном III и последующей ликвидации республики с присоединением земель Великого Новгорода геополитические позиции московской Руси на северо-западе Русской равнины ослабевают: возобновляется вытеснение русских вглубь континента, от балтийских берегов. Последнюю такую попытку Ливонская конфедерация предприняла в 1501 году, в союзе с Литвой. Великое княжество Литовское вело войну с Москвой ещё с 1499 года. Потерпев в июле 1500 года поражение в Ведрошской битве, князь Александр Ягеллон нашёл союзника в лице магистра Ливонского ордена Вальтера фон Плеттенберга. Готовясь в то время к нападению на ещё не зависимый от Москвы Псков, воинственный магистр пытался тогда убедить римского папу Александра VI объявить крестовый поход на Русь, и союзник в виде Литвы оказался как раз кстати.

В 1494 году Москва закрыла представительства Ганзейского союза в Новгороде, а ганзейские купцы (большинство из них были ливонцы) — посажены в тюрьму. В результате Ливония оказалась в состоянии войны с Великим княжеством Московским. Однако Плеттенберг, несмотря на ряд одержанных им побед, не закрепился на русской территории. По итогу войны 1501—1503 годов Иван III и Ливонская конфедерация заключили мир на условиях лат. status quo ante bellum — возврата к состоянию до начала войны, который действовал вплоть до Ливонской войны.

Прибалтика в XVI—XVII веке

«Дело Шлитте» (1548 год, Любек) показало Ивану IV, что за обострением отношений с Ливонией стоят не только «обычные» претензии на обжитые соседями земли. Речь шла о политике Ливонской конфедерации, сознательно направленной на недопущение в крепнущую Россию не только товаров, но и «западных специалистов». Все 300 человек, завербованных Гансом Шлитте в Европе по просьбе русского царя, были в Ливонии арестованы, сам Шлитте был посажен в тюрьму, а некий ремесленник Ганс, попытавшийся пробраться в Россию на свой страх и риск, был ганзейцами казнён. Ливонский орден тем временем близился к своему распаду.

Ливонская война началась в январе 1558 года в геополитической ситуации, благоприятной для России. Начиная с 1520-х годов в Ливонском ордене стали обостряться внутренние противоречия между немецкими феодалами и местным крестьянством. К этому добавились волнения на религиозной почве, связанные с проведением Реформации в восточной Прибалтике. Заняв приграничную Нарву и возвратив контроль над утраченным ранее Юрьевом, русские войска остановились, и весной 1559 года заключили невыгодный по мнению историков мир — Русское царство получило от этой кампании лишь минимальные приобретения (западный берег Чудского и Псковского озера на глубину примерно 50 км), а главное, не вышла к берегам Балтики. Предвидя неминуемый развал своего государства, и опасаясь возобновления русского наступления, ливонские феодалы поспешили в том же году договориться с польским королём Сигизмундом II Августом о передаче орденских земель и владения рижского архиепископа под его протекторат. В том же 1559 году Ревель отошёл Швеции, а епископ Эзель-Викский уступил своё епископство и весь остров Эзель герцогу Магнусу, брату только что воцарившегося датского короля, за 30 тысяч талеров.

В 1560 году русские войска, разбив орденскую армию под Эрмесом, продвинулись ещё на 50 км, выйдя на линию Мариенбург — Феллин. Возобновившиеся в связи с войной восстания крестьян против немецких феодалов заставили последних в северной Эстонии встать под защиту Швеции, в чьё подданство они сами также перешли. Шведы не замедлили оккупировать весь южный берег Финского залива, углубившись на 40-50 км.

В 1561 году последний ландмейстер Ливонского ордена Готтгард Кеттлер, перейдя из католицизма в лютеранство, сохраняет под своей властью Курляндию и Семигалию — уже в качестве герцога этих земель и, согласно Виленской унии, вассала польского короля Сигизмунда II. С этого момента Россия вступает в Прибалтике в противостояние трём крупнейшим странам: королевству Польскому, Великому княжеству Литовскому и Швеции. Взяв в 1563 году стоящий на Двине Полоцк — некогда столицу одного из древнерусских княжеств — русские войска пытаются продвинуться не к Риге, а назад, по течению реки Улла — где и терпят в январе и июле 1564 года два поражения подряд. Третье поражение от поляков и литовцев терпят в этом же году русские войска, стоящие сравнительно недалеко от Уллы — в верхнем течении Днепра, под Оршей.

В конце 1560-х годов года внешнеполитическое положение Руси продолжает ухудшаться. В январе 1569 году общий сейм польских и литовских феодалов в Люблине принимает унию — создаётся единое польско-литовское государство Речь Посполитая. В этом же году турки выступают в поход на Астрахань, в 1571 году крымский хан Девлет-Гирей (Девлет I Герай) осуществляет опустошительный набег на Москву. Походы на Ливонию возобновляются только в 1575 году, однако политика Ивана IV всё менее устраивает его окружение, что выливается, в конце концов, в опричнину; страна приходит в разорение.

Критическим моментом для России становится поход Стефана Батория 1579-81 годов. Новый польский король занимает Полоцк, Великие Луки; в 1581 году берёт в осаду Псков, взятие которого открывало бы ему путь на Новгород и Москву. По Ям-Запольскому 10-летнему перемирию (1582 год) Москва уступила Речи Посполитой Полоцк и земли, всё ещё занятые к тому времени русскими в Ливонии.

Наиболее тягостные потери Россия понесла по Плюсскому перемирию 1583 года, уступив шведам не только Нарву, но и стоящий на русском берегу Ивангород, а также устоявшие при многих осадах рыцарей русские крепости Ям и Копорье (фин. Kaprio) в землях води и ижоры к востоку от реки Луги. После этого шведский король Юхан III добавил к своему имени титул «Великий князь Ингерманландии». Тявзинский мирный договор 1595 года оставляет Ижорскую землю за Россией, а в 1611 году территория Ингрии захватывается Швецией. Столбовский мир 1617 года узаконил переход четырёх уездов Водской пятины к Швеции и официальное название этой земли — Ингерманландия.

Потеря почти всех выходов к Балтийскому морю в последней четверти XVI века оказалась для России лишь прологом к дальнейшему ухудшению внешне- и внутриполитического положения, именуемому в истории Смутным временем (1598—1613). Для её главных геополитических соперников в Прибалтике — Швеции, и в меньшей степени для Речи Посполитой территориальные приобретения на востоке Балтийского моря дополнительно подпитывали рост могущества, а с ним и внешнеполитических претензий этих государств.

Со своей стороны, в силу сохраняющейся этнической общности с Россией, подкрепляемой единством «рюриковых корней», известная часть дворянства нового польско-литовского государства строила планы на большее, нежели шведы — а именно, взять власть над Россией, утвердившись на московском троне. Эти надежды подкреплялись, с другой стороны, и обратными симпатиями к Польше со стороны некоторой части русского купечества и даже знати, которые сыграли немалую роль в печальной истории Новгородской республики: её кровавому разгрому в конце XV века предшествовало усиление среди новгородцев тенденции к союзу с Польшей против Москвы во имя сохранения своих, ориентированных на Прибалтику, экономических интересов.

Последние потери русских земель в пользу Швеции зафиксировал Столбовский мир, заключённый на исходе «смутного времени», в 1617 году: Карелия и Ингерманландия (на карте обозначены, соответственно, тёмно- и светло-зелёным). Сомкнув границы своих владений в Невской губе, Швеция добилась почти полного господства на Балтике; лишь небольшие участки побережья принадлежали Польше, Пруссии и Дании.

Территориальные приобретения по Вестфальскому миру 1648 года выдвинули Швецию в разряд сверхдержав. Швеция имела превосходные армию и флот, запасы вооружений, снаряжения и продовольствия. Швеция играла значительную роль в отношениях между европейскими государствами. Таким образом, группе государств, чувствовавших себя пострадавшими от шведской экспансии и сформировавших Северный союз для войны со Швецией — Дании, Польше, Саксонии и России — противостоял мощный противник.

Ставшие хрестоматийными слова «Природой здесь нам суждено в Европу прорубить окно», которые А. С. Пушкин вкладывает в уста Петра I — лишь риторически эффектная фраза. В ходе дипломатической подготовки войны со Швецией русский царь и его послы излагали будущим соратникам России по Северному союзу несколько иные, принятые в дипломатии аргументы. Политические основы необходимости восстановления присутствия России на Балтике Пётр I формулировал с позиций решения проблемы возврата древнерусских земель, в том числе прибалтийских. В Прибалтике России издревле принадлежали Карелия, прилегающая к Неве часть Водской пятины Великого Новгорода (Ижорская земля, Ингрия) и большая часть провинций Лифляндии и Эстляндии с городами Юрьев и Колывань. Ригу «с принадлежностями» Пётр тоже признавал как «наследную» русского царя.

Восстановление контроля России над частью Прибалтики в 1701—1708 годах не помешало Риге и даже Ревелю выполнять функции портов и промежуточных баз снабжения армии Карла, шедшей к Полтаве. Ригу, Ревель, а также Выборг русские войска заняли только в 1710 году. Тем не менее, «на подписание мира шведы, подстрекаемые западными державами, не шли. У них ещё сохранялись значительные силы на море и крупные военные гарнизоны в Прибалтике, Финляндии, Северной Германии». Лишь когда в 1719—1720 гг. русские войска высадились на Аландских островах, в угрожающей близости от Стокгольма, мир стал более близок.

В ходе Северной войны, вызвавшей мощный международный резонанс, помимо членов Северного союза выявились и другие державы, так или иначе заявившие о своих интересах в Прибалтике, вплоть до вооружённых демонстраций силы.

После победы под Полтавой «в переговоры, направленные против шведов, вступило также правительство Бранденбурга. Даже курфюрст Ганноверский, объявленный к тому времени английским престолонаследником, вступил в переговоры с русским правительством, рассчитывая в будущем получить шведские владения в устье реки Эльба».

Впервые продемонстрировала в восточной Балтике свои антирусские интересы Англия. Не заинтересованная в укреплении России, путём нажима на Пруссию и Данию она добилась их выхода из Северного союза. После гибели Карла XII англичане сорвали шедшие тогда русско-шведские переговоры о мире. Наконец, в 1719 и 1721 годах Лондон без объявления войны предпринял ряд военных демонстраций против России на Балтике. Адмирал Джон Норрисen, которого ещё в 1715 году лично Пётр торжественно приветствовал при Ревеле, а потом предлагал стать во главе русского флота — теперь «предлагал в ближайшем будущем захватывать на Балтике все русские корабли и галеры», и лишь опасение ответных мер в отношении англичан в России сдержало в этот раз «владычицу морей». Это было первым, но далеко не последним вооружённым противостоянием в истории отношений Англии и новой, Российской империи — о её рождении Пётр I торжественно возвестил по заключении Ништадтского мира.

С момента возвращения России в Прибалтику «Англия стремилась ослабить, и небезуспешно, политические позиции России на Балтике и в североевропейских странах». В этих непростых условиях Россия проявила максимальную выдержку, делая ставку на заинтересованность английских купцов в развитии торговых связей. Поэтому, когда после смерти Петра английские эскадры в 1726—1727 гг. буквально зачастили в Балтийское море, Петербург выступил со специальной декларацией «о непрекращении торговли» с Англией. В ней, Россия в частности, «накрепко обнадёживала» «весь великобританской народ и особливо отправляющих купечество в наш Российской Империум», что в связи с приходом английской военной эскадры в Балтийское море

В составе Российской империи

По заключённому в Ништадте мирному договору со Швецией Россия вернула утраченные по Столбовскому миру часть Карелии к северу от Ладожского озера, Ингерманландию (Ижорскую землю) от Наровы до Ладоги с крепостями Ям и Копорье, часть Эстляндии с Ревелем, часть Лифляндии с Ригой, а также острова Эзель и Даго.

Вместо требования обычной в этих случаях контрибуции (так, по Столбовскому миру помимо территориальных уступок выплатила шведам 20,000 серебряных рублей, что равнялось 980 кг серебра) Россия, наоборот, выплатила Швеции компенсацию в 2 млн. ефимков. Сверх того, Швеции не только возвращалась Финляндия; но последняя получала отныне ещё и льготу на ежегодный беспошлинный импорт из России хлеба на 50 тыс. ефимков. Особые обязательства приняла на себя Россия в отношении политических гарантий населению, вновь принимаемому в русское подданство. Всем жителям гарантировалась свобода вероисповедания. Остзейскому дворянству подтверждались все привилегии, ранее предоставленные шведским правительством; сохранение своего самоуправления, сословных органов и т. п.

Остзейский край

Остзейский край до 1876 г. составлял особую административную единицу (генерал-губернаторство) Российской империи. Главным органом дворянского самоуправления в Остзейском крае были ландрат-коллегии — сословные коллегиальные органы, название которых (нем. Land — «земля», в том числе как административно-территориальная единица, и нем. Rat — «совет») отчасти эквивалентно русскому земству. Саму их идею Пётр заимствовал задолго до Ништадтского мира, внимательно изучив практику их работы в уже занятых им Ревеле и Риге. Первоначально царь замышлял сделать эти органы выборными. Указом от 20 января 1714 года он предписывал: …ландраторов выбирать в каждом городе или провинции всеми дворяны за их руками. Однако этот указ Сенат саботировал, назначив в 1715 году ландратов, вопреки указу, по спискам, которые подали губернаторы. В 1716 году неисполняемый свой указ Пётр принуждён был отменить. Ландрат-коллегии существовали только в двух прибалтийских губерниях, Эстляндской и Лифляндской. Екатерина II их упразднила, Павел I восстановил, и просуществовали они до начала XX века.

Высшими органами самоуправления («земского хозяйства») в этих же двух губерниях были ландтаги — дворянские съезды, собираемые раз в три года. В промежутках между съездами на постоянной основе действовали созываемые по нескольку раз в год дворянские комитеты в Эстляндии и дворянские конвенты в Лифляндии. Состав их избирался на ландтагах, право созыва предоставлялось предводителю дворянства, или же: в Эстляндии — ландмаршалу, и в Лифляндии — очередному ландрату.

С образованием в 1710 году Рижской губернии ею руководили Рижские генерал-губернаторы. При образовании в 1782 году Рижского наместничества власть генерал-губернатора была распространена и на Эстляндскую губернию. С этого момента появляется Прибалтийский генерал-губернатор. В начале XIX века в генерал-губернаторство входит Курляндская губерния. Должность Прибалтийского генерал-губернатора упразднена именным Высочайшим Указом Правительствующему Сенату от 25 января 1876 года.

К началу Первой мировой войны в составе Прибалтийского края были три губернии:

    Лифляндская (47027,7 км²; ок. 1,3 млн чел. на 1897)

    Эстляндская (20246,7 км²)

    Курляндская (29715 км², около 600 тыс. населения)

Не входили в число прибалтийских губерний — Виленская губерния (41 907 км²), из 1,6 млн населения которой (1897) 56,1 % были белорусами, 17,6 % литовцами и 12,7 % евреями, а также Ковенская губерния.

30 марта 1917 года Временное правительство России приняло положение «Об автономии Эстляндии», по которому последней отошло 5 из 9 уездов Лифляндии (24178,2 км², или 51,4 % площади, с 546 тыс. чел., или 42 % населения), и сверх того часть Валкского уезда (до раздела: более 6 тыс. км² с 120,6 тыс. чел.). После этой передачи земель территория Эстляндии выросла в 2,5 раза, составив 44424,9 км². Хотя новая граница между Эстляндской и Лифляндской губерниями при Временном правительстве демаркирована не была, её линия навсегда разделила по линии реки уездный город Валк, причём часть железной дороги Петроград-Рига оказалась заходящей на территорию смежной губернии, практически не обслуживая её саму.

К 1915 году Германия оккупировала часть Курляндской губернии, однако Рига, Вольмар, Венден и Двинск оставались под контролем России. Уже 7 марта 1917 года был избран первый состав Совета рабочих депутатов в Риге, а к концу месяца Советы возникли и во всех остальных городах и местечках неоккупированной территории. На всех постах губернских и уездных комиссаров края оказались местные социал-демократы. Таким образом, советская власть в Латвии утвердилась за несколько месяцев до Октябрьской революции; её центральным органом стал созданный 30 июля (12 августа) Исколат (Исполком Совета рабочих, солдатских и безземельных депутатов Латвии). Созданный Временным правительством ещё в марте Лифляндский временный земский совет оказался нежизнеспособен, и в условиях нарастания конфликта с Временным правительством генерал Л. Г. Корнилов предпочёл 21 августа (3 сентября) сдать Ригу без боя немцам, «предпочтя потерю территории потере армии», часть которой он двинул на Петроград.

Решение о вооружённом восстании было принято в Латвии 16 (29) октября — за неделю до Октябрьской революции в Петрограде. К 9 ноября н. ст. латышские стрелки установили контроль в Вендене, через 2 дня — в Вольмаре и 20 ноября — в Валке, откуда 22 ноября была провозглашена советская власть на всей неоккупированной территории Латвии.

29-31 декабря 1917 года по просьбе 2-го съезда Советов рабочих, солдатских и безземельных депутатов (Валмиера) СНК РСФСР удовлетворил просьбу Исполкома Совета Латгалии об отделении латгальских уездов от Витебской губернии и о включении их в состав Латвии.

В ходе мирных переговоров в Брест-Литовске германская армия возобновила наступление, и к февралю 1918 года вся территория Латвии была оккупирована немецкими войсками. После подписания Брестского мира (3 марта 1918 года) сеймы (ландесраты) в Курляндии (8 марта) и Лифляндии (12 апреля) объявили о воссоздании Курляндского и Ливонского герцогств. По плану немецкого командования их предполагалось объединить в буферное «Великое герцогство Ливонское», соединённое личной унией с прусской короной. Осенью 1918 года германский император признал независимость Балтийского герцогства со столицей в Риге. В октябре 1918 года рейхсканцлер Максимилиан Баденский передал управление Прибалтикой от военных гражданскому правительству. На время отсутствия герцога властные полномочия должен был осуществлять образованный в ноябре регентский совет (4 немца, 3 эстонца, 3 латыша), который возглавил барон Адольф Пилар фон Пильхау.

После поражения Германии (11 ноября 1918 года) немецкие оккупационные войска по указанию Антанты были оставлены в Прибалтике с возложением на них поддержания порядка. В этих условиях через несколько дней, 18 ноября было сформировано правительство и провозглашена независимость Латвии. Выборов и референдумов при этом не производилось. 7 декабря К. Улманис подписал договор с представителем Германии о сформировании совместного Прибалтийского ландесвера, в состав которого вошли как немецкие, так и бывшие русские офицеры, в основном латышского происхождения.

К концу 1918 года ранее избранные Советы, оказавшиеся в подполье, создали из состава своих представителей временное советское правительство Латвии. 17 декабря от имени этого правительства (председатель П. Стучка) было объявлено о создании Советской Латвии, после чего латышские стрелки вновь овладели Валкой, Вольмаром и Венденом. 22 декабря 1918 года СНК РСФСР признал независимость Советской Латвии. 2-3 января 1919 года была установлена советская власть в Риге, и к концу января советская власть была установлена повсюду, кроме Либавы, где стояла английская эскадра.

Получив дополнительное вооружение на сумму свыше 5 млн долл. и 1,3 млн ф. ст., ландесвер и дивизия Гольца перешли в контрнаступление. В феврале они заняли Виндаву и Гольдинген, а к марту — большую часть Курляндии. С севера при этом наступали эстонские, а с юга — польские войска. 22 мая была взята Рига. Полный контроль над Латвией правительство Улманиса сумело восстановить лишь к январю 1920 года, когда советское правительство Латвии объявило о самороспуске.

В результате Латвия оказалось в состоянии войны с РСФСР. В целях её прекращения при подписании Рижского договора 11 августа 1920 года РСФСР не востребовало назад территории, ранее переданные РСФСР Советской Латвии (северо-западная часть Витебской губернии, включая Двинский, Люцинский, Режицкий и часть Дрисского уездов), а также часть Островского уезда Псковской губернии с городом Пыталово — 65,8 тыс.км² с 1,6 млн жителей).

В Эстляндии так же, как и в Курляндии, в октябре 1917 года власть перешла в руки Советов. В январе 1918 года был опубликован проект конституции, по которому Эстония провозглашалась автономной республикой в составе РСФСР. К концу февраля Эстония была полностью оккупирована германскими войсками. 24 февраля 1918 года Комитет спасения, уполномоченный Земским советом (создан при Временном правительстве), провозгласил независимую Эстонскую республику. После поражения Германии 11 ноября 1918 года при содействии британских спецслужб само себя сформировало проантантовское Временное правительство Эстонии, которое повторно провозгласило создание суверенного Эстонского государства. 29 ноября в Нарве была провозглашена Эстляндская трудовая коммуна. Декретом от 7 декабря 1918 года РСФСР признала Эстляндскую советскую республику.

Реакция на создание независимых государств на территории прибалтийских губерний России в мире была неоднозначной. После их признания со стороны РСФСР, в августе 1920 года госсекретарь США Б. Колби заявил, что Госдепартамент «продолжает быть настойчивым в своём отказе признавать прибалтийские государства в качестве независимых от России государств», так как

…американское правительство… не считает полезными какие-либо решения, предложенные какой-либо международной конференцией, если они предполагают признание в качестве независимых государств тех или иных группировок, обладающих той или иной степенью контроля над территориями, являвшимися частью Российской империи.

Только в июле 1922 года его преемник Ч. Хьюз объявил, что США «последовательно настаивали, что расстроенное состояние русских дел не может служить основанием для отчуждения русских территорий, и этот принцип не считается нарушенным из-за признания в данное время правительств Эстонии, Латвии и Литвы, которые были учреждены и поддерживаются туземным населением», что открыло возможность к признанию этих правительств.

Вхождение Эстонии, Латвии и Литвы в состав СССР датируется утверждением VII сессии Верховного Совета СССР решений о принятии в состав Союза Советских Социалистических Республик: Литовской ССР — 3 августа, Латвийской ССР — 5 августа и Эстонской ССР — 6 августа 1940 года, на основании заявлений, ранее поступивших от высших органов власти соответствующих прибалтийских государств.

Это событие принадлежит общему контексту развития международных отношений в Европе на протяжении предшествующих лет, которое, в конечном счёте, привело 1 сентября 1939 года к началу Второй мировой войны. Однако в ретроспективной международно-правовой оценке трёх вышеуказанных двусторонних межгосударственных актов, принятых в августе 1940 года, единого мнения историки и политики не имеют. Современные Эстония, Латвия и Литва считают действия СССР оккупацией с последующей аннексией.

Официальная позиция МИД России заключается в том, что вхождение Литвы, Латвии и Эстонии в СССР соответствовало всем нормам международного права по состоянию на 1940 год и впоследствии получило официальное международное признание. De facto целостность границ СССР на 22 июня 1941 года была признана государствами-участниками Ялтинской и Потсдамской конференций, а по состоянию на 1975 год европейские границы подтвердил Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе.

На протяжении почти 50 лет пребывания в СССР прибалтийские республики — Эстонская, Латвийская и Литовская ССР — пользовались теми же правами, что и остальные союзные республики. О восстановлении и развитии их экономики см. Прибалтийский экономический район и отдельные статьи по республикам.

Одним из ближайших последствий перестройки — попыток реформирования политической и экономической системы СССР, начатых М. Горбачёвым во второй половине 1980-х годов, — стал распад Союза. 3 июня 1988 года в Литве был основан «Саюдис» — движение, декларировавшее в своих документах «поддержку перестройки», однако негласно поставившее свой целью выход из состава СССР. В ночь на 11 марта 1990 года Верховный Совет Литвы во главе с Витаутасом Ландсбергисом провозгласил независимость Литовской республики.

В Эстонии Народный фронт был образован ещё в апреле 1988 года. Он также декларировал поддержку перестройки и не заявлял о выходе Эстонии из СССР как своей цели, но стал базой для её достижения. 16 ноября 1988 года Верховный Совет Эстонской ССР принял «Декларацию о суверенитете Эстонской ССР». Аналогичную позицию занимал и Народный фронт Латвии, также основанный в 1988 году. О независимости Латвии Верховный Совет Латвийской ССР объявил 4 мая 1990 года.

В последующие годы политические отношения между Российской Федерацией как правопреемником СССР и государствами Прибалтики развивались неоднозначно. Тем не менее, несмотря на политическую независимость, экономика этих государств продолжает в той или иной степени зависеть от экономического развития региона, в который они были интегрированы на протяжении прошлых двух-трёх столетий. Закрыв многие высокотехнологичные производства, ранее ориентированные на обширный советский рынок (электропоезда, радиотехника, автомобили), эти государства не смогли выйти на аналогичные конкурентоспособные позиции на мировом рынке. Весомую долю их доходов продолжает составлять транзит российского экспорта, а также импорта через прибалтийские порты. Так, из 30,0 млн тонн грузооборота Latvijas dzelzceļš за 7 месяцев 2007 года на нефть приходилось 11,1 млн тонн, на уголь — 8,2 млн тонн и на минеральные удобрения — 3,5 млн тонн. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года транзит в порты Эстонии сократился на 14,5 % (2,87 млн тонн).

Экономика региона

С вхождением в состав России бывшие провинции-инфлянты Прибалтики из транспортных посредников между Россией и Европой постепенно превращаются в полноправных участников воспроизводственных процессов в экономике России. Благодаря снятию таможенных барьеров прибалтийские производители, при худших показателях плодородия, урожайности и производительности труда, чем в соседних Польше и Пруссии, стали более конкурентоспособными. Благодаря этому, начиная с XVIII века, в Прибалтике выявилось два основных экономико-географических комплекса, ориентированные на Россию как крупнейший европейский рынок сбыта, источник капиталов, а отчасти квалифицированной рабочей силы для растущего промышленного производства — «остзейский» и «литовско-белорусский».

В 1818 году при экономико-хозяйственном районировании России К. И. Арсеньев в составе её экономических районов выделил два относящихся к Прибалтике «пространства»: «Балтийское» (остзейские губернии) и «Низменное» (в том числе Литва). В 1871 году П. П. Семёнов-Тян-Шанский выделил «Прибалтийскую область» (три остзейские губернии) и «Литовскую область» (губернии Ковенская, Виленская и Гродненская). Позже Д. И. Менделеев выделил «Балтийский край» (три прибалтийские губернии, а также Псковская, Новгородская и Петербургская) и «Северо-Западный край» (Белоруссия и Литва).

Различия экономических стереотипов «остзейского» и «литовско-белорусского» регионов Прибалтики сложились исторически. Д. И. Менделеев указывает в этой связи как на общность исторического прошлого Виленской, Витебской, Гродненской, Ковенской, Минской и Могилёвской губерний, так и на тот факт, что в комплексе польско-литовского государства окраинные для него земли, населённые литовцами, не обзавелись портами на Балтийском море, сравнимыми по обороту с Ригой в Курляндии и Ревелем в Эстляндии. Литовская республика, провозглашённая в 1918 году, также не имела собственного порта вплоть до аннексии Мемельского края в 1923 году. Но 16 лет спустя, в 1939 году, Гитлер реаннексировал этот край вновь, и только благодаря победе СССР над Германией Литовская ССР получила в 1945 году в свой состав Мемель, переименованный после этого в Клайпеду.

Различия между остзейскими провинциями и Литвой, накопленные за предшествующие столетия, были значительно сглажены в рамках планомерного развития экономики СССР как единого народнохозяйственного комплекса (ЕНХК СССР), в котором Литва, наряду с Латвией, Эстонией, а также Калининградской областью РСФСР рассматривались в контексте единого макрорегиона — Прибалтийского экономического района. Созданные для него преференциальные условия (преимущественные инвестиции, более низкие цены) способствовали тому, что население этого региона было в числе «богатейших» в составе СССР. Так, в 1982 году при среднем размере вклада на душу населения по СССР в 1143 руб. в Латвии этот показатель составлял 1260, в Эстонии 1398, и в Литве — 1820 рублей (максимум среди союзных республик СССР).

Перед выходом из состава Советского Союза в прибалтийских республиках пропагандировались положительные перспективы выхода из состава ЕНХК СССР и переориентации экономики на Евросоюз. «Ещё пребывая в составе СССР, власти Латвии, Литвы и Эстонии поставили политическую задачу разрушить значительную часть экономических взаимосвязей с Россией, сделав акцент лишь на наращивании транзитных потоков и связях в банковской сфере, нередко небезупречных».

Вместе с тем, вместо обещанных инвестиций на техническое перевооружение началось полное или частичное расформирование промышленных комплексов (в Латвии — ВЭФ, «Радиотехника», РАФ, Рижский вагоностроительный завод, «Альфа», «Эллар», «Дамбис»; в Эстонии — завод имени Калинина, «Двигатель», «Таллэкс» и др.). По настоянию Евросоюза в Литве была закрыта Игналинская АЭС, обеспечивавшая Литве энергетическую независимость и валютные поступления от экспорта энергии соседям. На первом этапе по темпам роста ВВП Прибалтика даже опережала Западную Европу, на основании чего СМИ стали позиционировать эти страны как «Балтийские тигры». Однако последующий мировой экономический кризис изменил ситуацию, экономический рост сменился падением. К концу 2010 года негативные тенденции были преодолены и экономика вновь начала расти.

В 1998 году административно-территориальные органы Прибалтики, включая Калининградскую область, вошли в состав еврорегиона «Балтика» — одной из региональных организаций по приграничному сотрудничеству, создаваемых в соответствующими с методическими указаниями, разработанными Советом Европы.

Население

Суммарное население прибалтийских государств (Литвы, Латвии и Эстонии) составляет примерно 6 миллионов жителей.

Основным населением трёх стран Прибалтики являются эстонцы, латыши и литовцы. Однако, кроме них, некоторые другие народы также составляли и составляют значительную часть населения этих стран и оставили след в их истории.

Русские

Русские являются крупнейшим национальным меньшинством в Латвии (27,4 % в середине 2011 г.) и Эстонии (25,5 % в начале 2010 г.), в Литве — второе по численности (4,8 % в начале 2010 г.). Суммарное количество русских в Эстонии, Латвии и Литве (около 1 млн) превышает суммарное количество эстонцев (около 900 тыс.); по всей Прибалтике с учётом Калининградской области русские являются вторым по численности народом после литовцев.

Евреи

С приходом крестоносцев в Прибалтику до проживавших там евреев стали докатываться из Европы волны антисемитизма. Так, в 1309 году гроссмейстер Фейхтванген (н.-нем. Sehfridt von Feuchtwangen) предписал:

Ради славы Бога и чести Марии, которым служим, указываем твёрдо выполнять, во-первых: ни еврей, ни чернокнижник, ни колдун .. да не останется и да не будет потерплен в наших землях; и любой, их укрывающий, да пострадает вместе с ними.

К концу XVIII века в Курляндии проживало 9000 евреев. В 1835 году их число выросло до 23 030; в 1850 — 22 743; в 1858 — 25 641; в 1891 — 42 776 человек. К 1914 году евреев насчитывалось 57 200 (или 7,3 % от общего населения 783 100).

Немцы

С XII века на территории Прибалтики проживали так называемые балтийские, или остзейские, немцы. Они составляли верхние слои общества и оказали значительное влияние на культуру и язык местных жителей, особенно в Эстонии и Латвии. На начало XXI века в странах Прибалтики насчитывается всего несколько тысяч немцев.

Поляки

Поляки — крупнейшее этническое меньшинство в Литве и четвёртая по численности этническая составляющая в Латвии.